Tajik Authorities Impose Heavier Restrictions on Islamic Education

With little discussion, Tajikistan’s parliament recently approved a number of government-proposed amendments to legislation. These amendments impose additional restrictions on religious education for Tajik nationals both at home and abroad. Young Tajiks seeking to study Islam abroad will now find it increasingly difficult or impossible to do so, and their options for studying religion at home will be limited to a few government-sanctioned schools. As a result, people wishing to learn more about the religion will have little other choice but to seek such education from clandestine groups.

BACKGROUND: On May 25, the lower chamber of Tajikistan’s parliament approved changes to the 2009 Law on Freedom of Conscience and Religious Associations, most commonly known as the “Religion Law”. The changes introduce two mandatory requirements for Tajik citizens wishing to study religion abroad. The first requirement is to graduate from a similar level school offering religious education within Tajikistan. The second prerequisite is permission from the country’s Ministry of Education and Committee for Religious Affairs (CRA). These restrictions effectively bar young Tajiks from foreign Islamic schools because few people in the country would be able to meet both requirements.

Explaining the reasoning behind regulating religious schooling abroad Davlatali Davlatzoda, a parliamentarian for the ruling People’s Democratic Party (PDPT), suggested that over 90 percent of the country’s Muslims are Sunnis of the Hanafi school of Islam, but some Tajiks have been taught the religion by other currents of Islam in foreign countries. He warned that this could lead to conflicts over the interpretation of Islam. According to the parliamentarian, the latest changes to the Religion Law would enable the authorities to regulate which countries individuals would go to and what they would study there.

The amended legislation reinforces previous restrictions on foreign religious education. In August 2010, President Emomali Rahmon initiated a massive campaign to bring back hundreds of Tajik students from madrasahs (Islamic schools) abroad. Rahmon then argued that foreign madrasahs were teaching young people to become “extremists and terrorists”, and that all Tajiks had to return from such schools. The campaign has prompted over 1,500 students to return to Tajikistan. Still, according to the CRA, about 500 Tajiks continue studying in foreign Islamic schools in Saudi Arabia, Egypt, Pakistan, Iran, and Syria. Moreover, many of those who came back from foreign madrasahs were not able to find jobs or continue their education in Tajikistan and chose to leave the country again.

While introducing legal restraints on religious education abroad, the authorities are also seeking to more closely regulate Islamic schooling at home. On June 15, the parliament’s lower house approved a number of amendments to the country’s Criminal Code. These amendments introduce harsh penalties for “religious extremist” teaching, making the organization of “religious study groups of extremist nature” punishable by 8-12 years in prison. Participants in such groups could face up to eight years in jail.

Tajikistan’s Minister of Internal Affairs Abdurahim Qahhorov, who presented the amendments in the parliament, suggested that harsh measures were needed to prevent religious leaders with an “extremist” agenda from promoting intolerance and radical versions of Islam in the country. There is no clarity at the moment who will decide whether any religious teaching is “extremist” or not. The legislation in its present form seems to leave this judgment to prosecutors, enabling them to punish organizers of any unsanctioned activity which involves elements of religious instruction.

The enactment of this legislation serves to further suppress Islamic education opportunities outside of state control. A ban on religious teaching without a government-issued license is vigorously enforced in Tajikistan. In 2010, Tajik police carried out a nationwide campaign against “illegal madrasahs”, shutting down hundreds of informal study groups, where children learnt the basics of Islam. Since the beginning of this year, police has closed down at least 60 unapproved “Islamic study groups” in the country.

IMPLICATIONS: The new restrictions on religious education demonstrate that the Tajik authorities are determined to strictly regulate who teaches the country’s children and young people about Islam. The purpose of the legislation is to help achieve this by limiting the right to teach religion to a few government-licensed institutions within the country. The authorities rely on these institutions in promoting a “traditional” or “official” version of Islam, which can help prevent “extremist” religious ideologies capable of circumventing the state.

However, it is very unlikely that the persecution of unsanctioned Islamic study groups would help the authorities strengthen the role of traditional Islam vis-à-vis its more radical manifestations. On the contrary, these repressive measures might increase the influence of clandestine Islamic groups. The existing government-approved schools offering religious education cannot meet the growing popular demand for Islamic learning. The country now has an Islamic Institute, where about 1,500 students receive higher religious education. In addition, some 6,000 students attend 19 madrasahs and three mixed schools, where Islam is taught alongside secular subjects, all at the secondary education level. These institutions are obviously too few for Tajikistan’s over seven million Muslims, most of whom are young and eager to learn more about Islam. Besides, these institutions are mostly based in urban centers, while the majority of the country’s population lives in rural areas.

It is unlikely that the government will be able or willing to open many more Islamic schools and thus satisfy the rising demand for religious knowledge in the country. Instead, the authorities have chosen to rely on mosques in teaching the basics of Islam to school-age children. In June, it was announced that the CRA, Islamic Institute and Islamic Centre were working jointly with the country’s education authorities to develop a curriculum for a course in Islam which would be taught to children over the age of seven at all major mosques during the summer school break. Some mosques have already launched such courses.

It remains unclear whether mosque-based summer classes would help reducing the demand for religious education. Besides, the enrollment of children in such courses is expected to become illegal when the parental responsibility bill, which was approved by the lower chamber of Tajikistan’s parliament on June 15, becomes law. The bill bans children under the age of 18 from “participating in the activities of religious organizations”, which includes all places of worship, except during religious holidays. The legislation has yet to be approved by the upper house and signed by the president to become a law, but this is seen only as a formality. When the law takes effect, parents will be responsible for not allowing their children to participate in any activities organized in mosques.

Hence, it is unlikely that the government would be able to offer the country’s young people viable opportunities to study Islam beyond two dozen licensed institutions. The limited opportunities for Islamic education through approved schools will inevitably cause an increasing number of people to seek such education from individuals and groups which operate outside of state control. This will ultimately increase the ideological influence of underground Islamic groups, thus leading to exactly what the government-imposed restrictions on religious education aim to prevent.

CONCLUSIONS: The government-initiated legislative changes seeking to regulate where young Tajiks can study Islam and who can teach it are unlikely to help ward off “extremist” Islam. While interest in Islam is steadily growing in Tajikistan, the country does not have enough institutions to offer “official” religious education. An attempt to involve mosques in educating children about the religion clearly conflicts with the recently imposed ban on children attending places of worship. Thus, the amendments limit the options available to Tajik nationals for studying the religion while not filling the ensuing Islamic education deficit. This creates an ideal breeding ground for clandestine Islamic study groups, thus defeating the very purpose of the government-imposed amendments.

(By Alexander Sodiqov, 07/06/2011 issue of the CACI Analyst)



Filed under Authoritarianism, Education, Islam, Radicalism, Tajikistan

20 responses to “Tajik Authorities Impose Heavier Restrictions on Islamic Education

  1. Alexander Sodiqov

    Madrasahs Closed In Northern Tajikistan

    KHUJAND, Tajikistan — Tajik authorities have suspended teaching at four higher education Islamic schools in the northern part of the country, RFE/RL’s Tajik Service reports.

    On August 8, an official from the Directorate of Religious Affairs in Sughd Province told RFE/RL on condition of anonymity that the management at the madrasahs failed to reregister their schools as required by a new law on religion.

    He added that the teachers at the madrasahs in the Asht, Jabbor Rasulov, Maschoh, and Maschohi Kuhi districts do not provide the requisite religious education and the madrasah buildings also do not conform to state standards.

    Students at the four schools were admitted after studying for nine or 11 years at state schools. After a three-year course of study they obtain a bachelor’s degree in Islamic theology…

    Authorities in Sughd Province closed down three illegal madrasahs earlier this year and launched an administrative investigation into personnel at the schools.

  2. Alexander Sodiqov

    Tajiks Who Studied Abroad Face Criminal Charges

    QURGHONTEPPA, Tajikistan — Police in southern Tajikistan have opened criminal cases against 22 former students at Islamic universities and religious schools abroad who returned to Tajikistan in the past year, RFE/RL’s Tajik Service reports.


  3. Alexander Sodiqov

    В Таджикистан возвращены 1 тыс. 950 таджикистанцев, изучавшие каноны ислама за рубежом

    До 1 сентября из исламских стран были возвращены на родину 1 тыс. 950 таджикистанцев, которые выехали за рубеж получать религиозное образование.

    Как сообщил «АП» начальник отдела образования Комитета по делам религии при правительстве РТ Идибек Зиёев, в целом в исламских странах получали образование 2 тыс. 413 молодых таджикистанцев.

    По его словам, не вернулись в страну только те студенты, которые официально были отправлены на учебу в религиозные учебные заведения зарубежных стран со стороны Комитета по делам религии и Минобразования.

    Также он отметил, что из вернувшихся на родину студентов, 129 поступили в местные образовательные учреждения. «67 из них пошли в общеобразовательные школы, 57 – в различные вузы, еще восемь – в медресе», – уточнил Зиёев.

    Однако, сказал источник, есть из вернувшихся и те, кто снова выехал обратно. «Их меньшинство, – подчеркнул представитель комитета. – У них у всех остался последний год обучения в религиозных учебных заведениях, и мы позволили им завершить учебу».

    На вопрос о том, как сложилась судьба остальных возвращенцев, Зиёев ответил: «Они не могли продолжать учебу уже на родине потому, что не смогли предъявить нам никаких документов, подтверждающих тот факт, что они действительно проходили обучение в исламских образовательных центрах за рубежом».

    Однако, по его словам, многие из них сейчас работают в религиозных организациях, некоторые выехали в трудовую миграцию.

    Таджикские юноши обучались, в основном, в Саудовской Аравии, Ливии, Египте, Иране, Пакистане и Йемене. Возвращение таджикских студентов из медресе в исламских странах началось в прошлом году после того, как президент Эмомали Рахмон призвал родителей вернуть своих детей из исламских стран. «Вы думаете, они там станут муллами? Они станут террористами и экстремистами!», – заявил тогда президент Таджикистана. Такое резкое заявление глава Таджикистана сделал после того, как в стране были совершены несколько террористических актов.

    Теперь молодые люди могут учиться в исламских странах, только после окончания Исламского института Таджикистана – единственного в стране религиозного учебного заведения, где преподают каноны ислама.

  4. Alexander Sodiqov

    В Хатлоне незаконные мечети превратят в медпункты и спортзалы

    Власти Хатлонской области намерены превратить незарегистрированные мечети в медпункты и спортзалы. На такой шаг уже пошла администрация района Джоми, которая в июле этого года превратила 16 не прошедших регистрацию мечетей в подобные социальные объекты.

    Эту инициативу в настоящее время перенимают и другие районы южного Таджикистана.

    По данным начальника отдела по делам религии аппарата председателя Хатлонской области Бобохона Шарбатова, в регионе сегодня выявлено 229 незарегистрированных мечетей, и вскоре все они поменяют свой статус.

    Сегодня в Хатлоне официально зарегистрировано 1 тыс. 718 мечетей. «Этого количества вполне достаточно для прихожан, однако в случае возникновения потребности или создания новых кишлаков мы готовы рассмотреть вопрос о строительстве новых мечетей в соответствии со всеми стандартами», – подчеркнул Шарбатов.

  5. Alexander Sodiqov

    Clinton tells Rahmon that persecution of ‘unconventional’ Islamic groups might backfire

    Clinton seeks role for Afghanistan’s neighbors

    Associated Press, October 22, 2011

    DUSHANBE, Tajikistan (AP) — U.S. Secretary of State Hillary Rodham Clinton urged Central Asian nations on Saturday to play a role in securing and rebuilding war-torn Afghanistan, promoting the concept of a “new Silk Road” that would benefit the entire region.

    She also pressed authorities in the region about improving their record on human rights.

    Before arriving in Uzbekistan, Clinton told an audience in Tajikistan that Afghanistan’s reintegration into the regional economy would be critical to its recovery from war, as well as for better conditions in surrounding countries .

    On human rights, Clinton told a town hall meeting in Dushanbe that she would raise the issue with the leaders of both Tajikistan and Uzbekistan.

    In Tajikistan, she said she spoke to President Emomali Rakhmonov about her concerns over restrictions on press and religious freedoms. In particular, she cited attempts to register certain faiths and efforts to discourage younger people from embracing the worship of their choice.
    Tajikistan, a Muslim nation with a secular government, is keen to prevent its youth from adopting extremist Islamic views.

    But this kind of strategy, Clinton warned, often backfires.

    “It could push legitimate religious expression underground and that could build up a lot of unrest and discontent,” she told reporters at a news conference with the Tajik foreign minister. “You have to look at the consequences. We don’t want to do anything that breeds extremism” .

  6. Alexander Sodiqov

    Tajik Authorities Close Down Madrasah, Express Concern At ‘Islamization’

    November 18, 2011

    QURGHON-TEPPA, Tajikistan — Authorities in the southern Tajik town of Qurghon-Teppa have closed down a madrasah prosecutors linked to “Islamization” — and fined five mosques for sanitary reasons, RFE/RL’s Tajik Service reports.

    According to the city prosecutor, the Islamic school, which taught some 90 local children, lacked registration.

    However, in a meeting with a group of intellectuals, Jumanazar Saidaliev expressed concerns over Islam’s increasing popularity among young people, saying it would pave the way for the “Islamization” of society.

    “Under the current circumstances in Tajikistan, any attempt at the Islamization of society would lead to the creation of political Islam in the country, which is not a good prospect,” the prosecutor said.

    “It would destabilize the political situation, and break the balance and harmony between secular people and moderate, pious Muslims,” Saidaliev warned.

    In a separate development in Qurghon-Teppa, five mosques — including one housing the madrasah — were ordered to pay fines for what city authorities called “poor sanitary conditions.”

    If the mosques fail to provide the proper sanitary facilities needed for the ritual washing performed before prayers, their activities will be suspended, the office of Qurghon-Teppa’s city mayor told RFE/RL.

    Earlier this year, the city authorities destroyed a downtown mosque for its lack of official registration.

    Some local residents accuse the authorities of using any pretext to close down prayer houses.

    The office of the mayor, however, rejected the criticism, saying, “there are 12 officially registered mosques and three other non-Islamic prayer houses in the city that function freely, without any problem.”

  7. В 2011 году в Таджикистане задержано около 200 террористов и экстремистов

    Азия-Плюс, 10/01/2012

    Около двухсот членов различных террористических и религиозно-экстремистских организаций были задержаны в прошлом году в Таджикистане. 168 из них уже осуждены и приговорены к различным срокам наказания.

    Как сообщил на пресс-конференции первый заместитель генерального прокурора РТ Абдукодир Мухаммадиев, большую часть задержанных составляют члены Исламского движения Узбекистана. «30 декабря в производство Согдийского областного суда передано уголовное дело в отношении 33 членов ИДУ», – сказал Мухаммадиев.

    Начальник управления по надзору за исполнением законов в органах национальной безопасности Генпрокуратуры РТ Мамаджон Хайруллоев добавил, что в прошлом году было возбуждено 17 уголовных дел в отношении членов «Хизб-ут-Тахрир», 4 уголовных дела в отношении представителей «Джамоати Таблиг» и два уголовных дела в отношении большой группы лиц, причастных к ИДУ.

    Напомним, что с 2001 года, решением Верховного суда РТ, деятельность «Хизб-ут-Тахрир» на территории РТ признана незаконной, а с 2008 года данная организация приравнена к экстремистским.

    В целом, с 2006 года под запретом Верховного суда находятся 12 различных организаций. Среди них – «Аль-Каида», «Исламское движение Восточного Туркестана», «Исламское движение Туркестана» (ИДУ), «Талибан», «Братья-мусульмане», «Ташкилоти Лашкар Тайба», «Исламское общество Пакистана», «Джамъияти Таблигот», религиозно-миссионерская организация «Созмони Таблигот», «Точикистони Озод».

  8. «Озоди»: Студенты сообщают, что с их телефонов удаляют записи проповедей богословов

    IslamNews.Tj, 7.01.2012

    Студенты некоторых столичных ВУЗов рассказывают, что руководство учебных заведений не позволяет им иметь в своем мобильном телефоне аудио или видеозапись пятничных проповедей (амри маъруф), которые проводят известные богословы. Об этом сообщает радио «Озоди».

    Один из студентов политехнического университета, представившись Муъмином, сообщил, что проректоры ВУЗа распорядились, чтобы студенты ни в коем случае не записывали в свои телефоны проповеди богословов, в противном случае их ждет наказание. Однако, в сообщении не идет речь, какое именно наказание будет применено к студентам, нарушившим распоряжение.

    Муъмин добавил, что администрация университета проверили несколько телефонов его сокурсников, с которых были удалены аудиозаписи с наставлениями богословов. Студентам посоветовали лучше записывать на телефон музыку.

    Как пишет журналист «Озоди», он был свидетелем, когда учащиеся одного из университетов столицы перекидывали с телефона на телефон видео и аудиозаписи с наставлениями известных богословов.

    Пресс-секретарь министерства образования Сиддик Муборак утверждает, что министерство не давало никаких указаний относительно проверки мобильных телефонов студентов на наличие записей «амри маъруф». Он сообщил «Озоди», что «студентам запрещено использовать мобильный телефон во время занятий, им они могут воспользоваться на перерывах, школьникам же вообще запрещено приносить мобильник с собой на занятия».

    Муборак добавляет, что телефон считается собственностью каждого человека, и никто не имеет право его проверять и удалять из него что-либо». Он также утверждает, что в Минобразования не поступало никаких сведений о том, что проверяются мобильные телефоны студентов.

    Кстати большинство преподавателей по-прежнему жалуются на неуместное использование мобильных телефонов студентами. Одних из молодых преподавателей Таджикского национального университета Амриддин говорит, что «некоторые учащиеся используют слишком громкие мелодии на своих телефонах, чем мешают учебному процессу. Нет никакой необходимости слушать все это в общественных местах, музыку или проповедь богословов можно слушать и у себя дома».

    «Три года назад после критики главы государства Таджикистана министерство образование запретило использование мобильных телефонов в школах и ВУЗах страны. Но это впервые, когда студенты сообщают о проблемах, которые возникли в связи с наличием записи пятничных проповедей на мобильных телефонах.

    В последние годы среди молодежи стало модным иметь на своих мобильниках записи проповедей местных и зарубежных богословов», – пишет журналист «Озоди».

  9. В прошлом году более 400 имам-хатибов Таджикистана прошли курсы повышения квалификации

    IslamNews.Tj, 9.01.2012

    Комитет по делам религии при правительстве Таджикистана сегодня озвучил ответы на вопросы, ранее задаваемые ИА «Азия-Плюс».

    За минувший год Комитет по делам религии провел 11 краткосрочных курсов для повышения квалификации имам-хатибов. Курсы прошли 448 имам-хатибов страны, сообщил на итоговой пресс-конференции глава Комитета по делам религии Абдурахим Холиков.

    По его словам, Комитет совместно с UNFPA и другими международными организациями организовал курсы повышения квалификации с целью повышения религиозного образования имам-хатибов и повышения роли женщины в общественной жизни.

    «На этих тренингах имам-хатибы изучали в основном правовые вопросы, в том числе о религиозной свободе. Также поднимались вопросы о специализированном и начальном религиозном образовании, роли улемов и религиозных деятелей в предотвращении эпидемий, в том числе ВИЧ/СПИД, гендерном равенстве и репродуктивном здоровье», – отметил Холиков.

    По его словам, курсы повышения квалификации проводили специалисты из Исполнительного аппарата президента РТ, Академии наук, Конституционного суда, Госкомитета по национальной безопасности, Комитета по делам религии, Исламского Центра, а также представители исполнительных органов местной власти Согдийской области и Душанбе.

    Кроме того, по словам Холикова, в прошлом году в целях повышения квалификации и ознакомления с деятельность зарубежных имамов, пять имам-хатибов соборных мечетей были отправлены в Турцию, еще 13 – в Кувейт.

    При этом, как упомянул глава Комитета по делам религии, в 2011 году во время проведения аттестации из 3 тыс. 356 имам-хатибов 106 не прошли аттестацию, более 300 был дан испытательный срок, их переаттестация пройдет в этом году.

  10. Служащие мечетей на севере Таджикистана будут платить налоги

    IslamNews.tj, 24.01.2012

    Служащие мечетей Согдийской области отныне будут платить налоги, как все остальные граждане Таджикистана. Как сообщили «АП» в налоговом управлении Согдийской области, в соответствии с таджикским законодательством мечети были освобождены от уплаты налогов.

    Однако, в связи с тем, что Комитет по делам религий РТ утвердил штатное расписание сотрудников в мечетях, и ведется бухгалтерия, соответственно работники мечетей получают заработную плату, которая формируется из пожертвований прихожан.

    «Получение заработной платы, считается получением прибыли, а следовательно, как и другие физические лица, сархатибы, имам-хатибы и хатибы должны платить в виде налога 25% от прибыли, то есть заработной платы. После того, как деятельность мечетей в Согдийской области постепенно упорядочивается, то возникает необходимость платить налоги, что делается во всех обычных организациях. Теперь работники мечетей должны платить подоходный и социальный налог, а также налог на землю», – отметил источник.

    Однако работники мечетей считают, что они не смогут платить налог на землю. Один из служащих мечети в Худжанде, на условиях анонимности, поделился мнением о том, что «некоторые мечети имеют большую территорию, и они просто не в состоянии будут платить такой налог в связи с неимением средств».

    По словам главного специалиста отдела по делам религий администрации Согдийской области Махкама Миркамолова, в Согде сейчас действуют 13 соборных, 84 пятничных и 914 пятикратных мечетей. Еще 43 мечети, существовавшие ранее, сейчас проходят перерегистрацию.

  11. В Пянджском районе были закрыты пять мечетей

    IslamNews.tj, 23.01.2012

    В 2011 году в Пянджском районе были закрыты пять мечетей, которые функционировали без соответствующей разрешений и документации.

    Как сообщил журналистам заместитель председателя района Маджид Давлатов, две мечети были переделаны под чайхану, остальные под медицинский пункт и спортзалы. «Данное решение принималось на основании протокола маджлиса местных комитетов», – отметил Давлатов. Всего в настоящее время в Пянджском районе функционируют 66 мечетей.

    Также, по словам Давлатова, в прошлом году в районе было выявлено два факта незаконного религиозного обучения на дому, где обучались восемь несовершеннолетних детей. В обоих случаях муллы, проводившие незаконное обучение, были привлечены к административной ответственности.

  12. У. Назаров: «Не каждый наш студент идет работать в мечеть»

    IslamNews.tj, 18.01.2012

    После преобразования Исламского университета им. Термези в Исламский институт им. Имоми Аъзама Абуханифы прошло больше четырех лет. Институт подрос, открыл новые специальности, но по-прежнему остается единственным религиозным вузом в стране. О том, что сейчас представляет собой вуз, в интервью «АП» рассказал ректор института Умарали НАЗАРОВ.

    – Стало ли для вас ваше назначение на должность ректора Исламского института неожиданным, и почему именно вы?

    – Я был одним из первых выпускников Исламского университета имени Имама ат-Термези. Здесь же после окончания начал работать ответственным секретарем. В 2007 году был назначен проректором университета по воспитательной части. В тот же год университет был преобразован в Государственный институт имени Имоми Аъзама. С бывшим ректором университета, а потом уже института я начал работать с 1997 года. И уже потом, по воле судьбы, в 2010 году я был назначен на пост ректора.

    – Что-то изменилось после того, как вуз стал государственным?

    – Да, мы смогли увеличить число кафедр и специальностей, а в 2011 году открыли новый факультет – восточной филологии, где основной специальностью является «арабский язык и литература». Раньше тоже было два факультета – исламских наук и исламского шариата, но при перерегистрации вуза факультеты были объединены. За время существования Исламского института, то есть с момента его перерегистрации, были открыты восемь кафедр: арабского языка и литературы; языков; ислама и истории религии; философии и теологии; естествознания; исламского шариата; наук Корана; хадисов Пророка. Сейчас студенты обучаются в вузе по пяти специальностям: «арабский язык и литература», «философия религии», «история ислама», «познание религии» и «науки Корана».

    – И значит, с открытием новых специальностей желающих поступить стало больше?

    – Да, но для этого нам также пришлось поработать, чтобы собрать лучших выпускников школ. Мы провели разъяснительные работы с выпускниками школ в Раштской долине, Согдийской и Хатлонской областях, распространили свои буклеты. В итоге 490 студентов смогли стать нашими студентами. Причем 25 абитуриентов пришли с лучшими аттестатами, такого в предыдущие годы не было. Еще двух студентов мы приняли после собеседования по рекомендации Минобразования, это юноша из Согдийской и девушка из Хатлонской области. Эти ребята показали высокие знания. Всего сегодня у нас обучаются 1838 студентов, из них 1411 на очном отделении.

    – У вас, по-моему, полностью платное обучение?

    – Нет, у нас есть и бюджетные, и договорные группы.

    – А сколько стоит обучение в год?

    – Все зависит от того, по какой специальности студент обучается, и от формы обучения, заочной и очной. Студенты, которые обучаются на заочном отделении, платят 1800 сомони за год. На очном по таким близким друг к другу специальностям, как «ислам и история религии», «философия и теология», обучение стоит 2700 сомони в год. Самое дорогое обучение – по специальности «арабский язык и литература» – 3 тыс. Здесь очень большой конкурс, и выпускники этой специальности могут в школах преподавать арабский язык наравне с другими иностранными языками.

    – Эксперты считают, что в стране нет институтов, способных обеспечить всестороннее исламское образование. Как вы считаете, может ли ваш институт дать хорошее религиозное образование?

    – Я думаю, что в каждом учебном заведении могут быть недостатки; надо также учитывать, что наш вуз еще молодой. Но мы делаем все возможное, чтобы повысить качество даваемого образования. Мы постепенно стараемся привлечь в наш институт самых талантливых преподавателей. Кроме того, для обучения студентов арабскому языку мы пригласили работать к нам пять преподавателей из Египта. Плюс у нас есть свои хорошие преподаватели. Кстати, наш преподавательский состав также обучал тех имам-хатибов, для которых были организованы Комитетом по делам религии курсы повышения квалификации.

    – Ежегодно стены вашего института покидают до 400 молодых специалистов. Как они трудоустраиваются?

    – Институт готовит в основном преподавателей, выпускники же по таким специальностям как «исламские науки» и «науки Корана» могут работать в религиозных организациях, к примеру имам-хатибами. Я думаю, что имам-хатибы, которые будут иметь диплом о высшем образовании, будут отвечать стандартам, так как у них будет больше навыков и знаний, в том числе по светским наукам.

    – В год институт в среднем выпускает по 400 студентов. Через 3-4 года потребность в образованных имам-хатибах исчезнет. Что дальше?

    – Я думаю, что это от нас не зависит. Наша задача – готовить квалифицированные кадры. Ваш вопрос лучше адресовать Министерству труда или Комитету по делам религии.

    – В исламских странах в высших учебных заведениях готовят не просто мулл, там готовят и инженеров, и финансистов. У нас же все зациклено на том, что мы познаем религию, изучаем философию религии и языки. Это максимум, что мы сейчас даем.

    – Вы забываете, что Исламский институт, по сути, функционирует только четвертый год. В перспективе у нас есть намерение открыть новые специальности, которые будут востребованы. Но ведь и сейчас мы не готовим только имам-хатибов, мы готовим также преподавателей.

    – Но даже если только и богословов, в стране все равно ощущается большая нехватка именно в образованных муллах. С чем это связано: либо вы не даете хороших навыков своим студентам, либо они не идут работать в мечети?

    – Вы ведь знаете, что в Таджикистане функционирует более 3 тыс. мечетей. И в течение двух лет по специальностям, по которым выпускники могут пойти работать в религиозные организации, закончили 400 студентов, но не каждый из них пойдет именно в мечеть, кто-то поедет на заработки, кто-то в магистратуру поступит. Бюджетников отправляют в школы. Например, в прошлом году четверо наших студентов по распределению были направлены работать в школы Балджувана. Да и сам наш институт пока нуждается в квалифицированных кадрах, поэтому самым талантливым мы предложили остаться работать в нашем вузе.

    – То есть вы не знаете конкретно о дальнейшей судьбе своих выпускников?

    – Почему? Мы знаем, кто и куда направляется, особенно бюджетники. Наши выпускники, кстати, очень востребованы в школах и лицеях, в этом году мы получили несколько благодарственных писем от дирекции тех школ, куда пошли работать наши студенты.

    – А что насчет госструктур, туда идут ваши выпускники работать?

    – Диплом, который выдается нашим институтом, признается наравне с дипломами других вузов. Поэтому наши выпускники-преподаватели могут работать где хотят.

    – А девушки, их ведь у вас сейчас 219, они ходят в хиджабах?

    – У нас есть гимназия, где они могут остаться преподавать, могут остаться и в самом институте.

    – Есть ли в вашем институте те, кто исповедует исмаилизм, ведь в Таджикистане проживает большое количество приверженцев этого направления ислама? Нет ли у вас в планах открыть какое-то определенное отделение для них?

    – В соответствии с уставом Исламского института обучение в нашем вузе проводится согласно ханафитскому мазхабу. Но для общей осведомленности студентов им даются знания по разным течениям и толкам ислама, то есть все для развития кругозора студентов.

    – Из общего количества студентов, которые были возвращены из зарубежных исламских вузов на родину, только 3% смогли продолжить учебу в Исламском институте. Вы уверяете, что большинство из них не имеют на руках подтверждающих документов об учебе в исламских образовательных центрах за рубежом. Но ведь идея возвращения студентов заключалась в том, чтобы там они не попали под влияние радикальных групп. На месте же оказалось, что учиться они продолжить не могут, работы нет, это не будет способствовать росту радикализма среди молодежи уже внутри страны?

    – Но мы не можем без наличия документов брать их в институт. Их возвращали по решению властей, и Министерство образования передает нам документы тех ребят, у которых таковые были, чтобы определить их в наш институт. Я лично за то, чтобы все учились, изучали религию, служили своему народу и государству и не были брошены на произвол судьбы, но ведь некоторые не пошли учиться, занялись торговлей или другой.

    Подготовила Мехрангез ТУРСУНЗОДА

  13. В Душанбе задержан имам-хатиб, незаконно занимающийся богословской деятельностью

    IslamNews.tj, 16.01.2012

    В Душанбе задержан 42-летний имам-хатиб, незаконно занимающийся богословской деятельностью.

    Как сообщили «АП» в силовых структурах, на протяжении двух последних лет имам-хатиб проводил в собственном доме религиозные учения для несовершеннолетних.

    «У него не было соответствующей лицензии для проведения такой деятельности», – подчеркнул источник.

    Во время задержания в доме имам-хатиба находились 10 его учеников – в возрасте от 5 до 12 лет, некоторые из них – уроженцы различных регионов страны. По данному факту проводится расследование.

  14. На севере Таджикистана за незаконное религиозное обучение детей задержаны двое мужчин

    Asia-Plus, 06/02/2012

    На севере страны задержаны двое жители Исфаринского района Согдийской области за незаконное религиозное обучение детей.

    Как сообщили «АП» в УВД Согдийской области, в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что 40-летний безработный житель джамоата Чоркух Исфаринского района Холик Якубов в мечети в махалле Какир без соответствующего разрешения преподавал основы религии 13 несовершеннолетним подросткам, ученикам 3-10 классов.

    Вещественные доказательства, это в основном религиозная литература, изъяты, сам преподаватель задержан.

    Накануне, также был задержан другой житель джамоата Чоркух, 31-летний Фуркат Иброхимов, который в собственном доме занимался религиозным обучением шести детей 2005-2007 годов рождения.

    «По данным фактам возбуждены и переданы в суд города Исфары административные дела по статье 474 Кодекса об административных правонарушениях (нарушение закона «О свободе совести и религиозных организациях») РТ», – отметил источник.

  15. Tajikistan Has More Mosques Than Schools

    Radio Ozodi, February 18, 2012

    The deputy chairman of Tajikistan’s State Committee for Religious Affairs said Friday the country has more mosques than schools.

    Mavlon Mukhtorov said official figures show there are 3,425 regular mosques, 344 cathedral mosques, and 40 central cathedral mosques.

    Mukhtorov said on February 16 his ministry issued permits for 45 new mosques to be built in different parts of the country.

    Tajikistan’s Education Ministry reports there are 3,793 schools, most of them overcrowded, and in many cases one classroom has up to 40 students.

    Hikmatullo Saifullozoda of the Islamic Renaissance Party said there was no need for concern at these figures.

    “People need both schools and mosques,” Saifullozoda said, adding that decisions on building new schools were made by the government whereas mosques were built “with donations from common people.”

    Tajik authorities have been alarmed at the proliferation of extremist Islamic groups and have sought since 2010 to close illegal or underground mosques.

    That followed a suicide bombing on a police station in Khujand and an attack on Tajik soldiers in September 2010, which Tajik authorities blamed on Islamic extremists.

    The Tajik government also ordered all its citizens studying Islam at universities abroad to return to Tajikistan and later passed a law making parents responsible for the children’s actions.

  16. На севере Таджикистана осуждена группа лиц, причастных к «Джамоати Таблиг»

    Азия-Плюс, 23/02/2012

    На севере Таджикистана осуждена группа лиц, причастных к запрещенной в стране организации «Джамоати Таблиг».

    Как сообщили «АП» в Верховном суде, суд над 7 членами религиозно-экстремистской партии «Джамоати Таблиг» завершился на днях в Бободжонгафуровском районе Согдийской области.

    На скамье подсудимых находились семь человек – все местные жители в возрасте от 28 до 46 лет. «Двое из них приговорены к 5 годам лишения свободы, остальные – к 3 годам заключения», – отметил источник.

    При этом осужденные не согласны с вынесенным приговором и намерены его обжаловать, – сказал «АП» адвокат одного из подсудимых.

    В марте 2010 года состоялся самый массовый процесс над членами «Джамоати таблиг» – тогда перед судом предстали 56 сторонников этой партии. 23 из них были приговорены к срокам от 3 до 6 лет. Оставшиеся 33 члена «Джамоати Таблиг» решением суда были оштрафованы на сумму в размере от 1 до 2 тыс. расчетных показателей.

    Эксперты в области религии, юриспруденции и права считают, что деятельность этой организации является экстремистской и антиконституционной и цель ее приверженцев заключается в «исламизации мира». Считается, что активисты «Джамоати Таблиг» обучаются, в основном, в Индии, Пакистане и Индонезии и называют свою деятельность миссионерской. На территории Таджикистана решением Верховного суда РТ деятельность этой организации запрещена с марта 2006 года.

  17. На юге Таджикистана вынесены приговоры в отношении двух членов ИДУ

    Азия-Плюс, 23/02/2012

    Суд Кубодиенского района Хатлонской области вынес приговоры в отношении двух местных жителей, признанных виновными в членстве в запрещенной в стране религиозно-экстремистской партии Исламском движении Узбекистана (ИДУ).

    Как сообщил «АП» председательствовавший на процессе судья, председатель районного суда Давлатманд Рахимов, суд признал виновными двух жителей района Акмала Рашидова и Иброхима Курбонова по ст. 187 ч. 2 (Организация преступного сообщества) и 307 прим. 3 ч. 2 (Организация экстремистского сообщества) УК РТ.

    Таким образом, Рашидов получил 9 лет лишения свободы с конфискацией имущества, а Иброхим Курбонов – 8,5 лет заключения, также с конфискацией имущества.

    Между тем, гособвинитель Убайдулло Орзуев попросил у суда для Акмала Рашидова 14 лет лишения свободы, а для Иброхима Курбонова – 13 лет.

    Однако в ходе судебного расследования оба подсудимых виновными себя не признали. Их адвокаты также попросили суд признать их невиновными и оправдать по обеим статьям.

    По словам судьи, у сторон есть право в течение 10 дней обжаловать приговор суда.

    Напомним, что суд над Рашидовым и Курбоновым начался 15 февраля. По данным следствия, интерес Акмала Рашидова к ИДУ проявился в мае прошлого года. Сначала он скачал с мобильного телефона своего односельчанина Нусратулло Абдуллоева идеи этой партии и фотографию лидера ИДУ Мухаммадтохира Фарруха на свой телефон. Абдуллоев порекомендовал ему вступить в ряды ИДУ и вместе отправиться в Афганистан. Однако в соседнюю страну тогда поехали лишь Нусратулло и Сунатулло Абдуллоевы.

    В начале августа Рашидов скачал с телефона другого односельчанина Нурали Атоходжаева аудиозапись с призывами ИДУ и дополнительные фотографии лидера ИДУ. Позже он показал эти записи своему коллеге-врачу Бахтиеру Саидову и скинул их на его телефон, призывая его также вступить в ряды ИДУ.

    Вскоре между односельчанами происходит обмен компакт-дисками с пропагандистскими выступлениями лидеров ИДУ и активная агитация новых членов.

    15 сентября прошлого года сотрудники областного управления ГКНБ задержали Рашидова. При обыске его дома было обнаружено 12 компакт-дисков, часть которых, согласно проведенной экспертизе, носит экстремистский характер. В отношении врача было возбуждено уголовное дело по ст. 187 ч. 2 (Организация преступного сообщества) и 307 прим. 3 ч. 2 (Организация деятельности экстремистской организации) УК РТ. Те же самые статьи предъявлены односельчанину Рашидова – Иброхиму Курбонову.

    В ходе судебного допроса Рашидов подчеркнул, что он знает Нусратулло Абдуллоева как односельчанина, но не имеет с ним ничего общего. «Я не получал от него никаких указаний или телефонных записей. Также я не знаю, откуда в телефоне моего коллеги Бахтиера Саидова появились аналогичные записи. Да, я брал несколько компакт-дисков у Нурали Атоходжаева, но не знал, что их содержимое носит экстремистский характер. Даже до момента задержания я не знал, что ИДУ – это экстремистская организация. Я думал, на записях – обычная проповедь, не более того», – сказал Рашидов.

    Напомним, что односельчанин осужденных – Бахтиер Умаров также подозревается в членстве в ИДУ. Он был задержан спецслужбами Пакистана и 3 февраля передан таджикским правоохранительным органам.

  18. Tajik Court Sentences Seven For Extremism

    By RFE/RL’s Tajik Service, February 23, 2012

    KHUJAND, Tajikistan — A court in Tajikistan’s northern Sughd Province has given jail sentences to seven people for being members of the banned Islamist Tablig-i-Jamaat organization.

    The convicts on Thursday each received between three and five years in jail. Tablig-i-Jamaat, or the Society for Spreading Faith, has been officially banned in Tajikistan as an extremist group since 2006.

    The members of the group do not consider themselves extremists, saying that they only propagate Islamic values and are not involved in politics.

  19. В Хатлоне предотвращена отправка более 100 молодых людей в Пакистан

    Asia-Plus, 07/04/2012

    В Хатлоне предотвращена отправка более 100 молодых людей в Пакистан. Как сообщил один из высокопоставленных лиц УВД области на встрече с председателем Хатлона Гайбулло Авзаловым, который посетил накануне данный район, правоохранительные органы задержали одного из активистов Исламского движения Узбекистана в кишлаке Кизил Нишон. Он занимался вербовкой молодых кубодиёнцев с целью отправки их в пакистанскую провинцию Вазиристан.

    Также высокий чин в областном УВД сообщил, что милиция располагает информацией, что некоторые жители данного кишлака, которые якобы находятся в России, на самом деле сейчас находятся в Пакистане или других исламских государствах. Кроме того, есть данные о том, что несколько жителей кишлака Кизил Нишон находятся в Чечне, где примкнули к экстремистским группировкам.

    Председатель Хатлона, выслушав данный отчет, поручил главе района и всех правоохранительных органов района проводить в этом кишлаке и других кишлаках разъяснительные работы среди населения, чтобы «предотвратить колебания молодых людей» и чтобы они «не питали симпатий к различным «экстремистским группировкам».

    Напомним, в феврале текущего года суд Кубодиёнского района признал виновными двух жителей района Акмала Рашидова и Иброхима Курбонова в членстве в запрещенном в Таджикистане Исламском движении Узбекистана, которые получили 9 и 8,5 лет тюрьмы соответственно.

    Кроме того, житель кишлака Кизил Нишон Бахтиер Умаров также подозревается в членстве в ИДУ. Он был задержан спецслужбами Пакистана и 3 февраля передан таджикским правоохранительным органам.

  20. Tajikistan Sentences 34 Alleged Islamist Terrorists

    RFE/RL, April 19, 2012

    A court in Tajikistan’s northern city of Khujand has convicted 34 alleged members of the Islamic Movement of Uzbekistan (IMU) on terrorism-related charges and sentenced them to jail.

    The charges included murder, attempting to violently overthrow the government, and membership of a terrorist organization.

    The men were sentenced to prison terms ranging between eight and 28 years.

    The IMU which says it wants to establish an Islamic caliphate in Central Asia had been active in the region, but moved its activities to neighboring Afghanistan in recent years.

    Tajikistan saw a spike in militant activity in 2010 that led to the death of dozens of troops.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )


Connecting to %s